Журнал "Украинские итоги"

"Параллельный мир одиноких душ"

      Помните, как в детстве замирало, а потом бешено начинало колотиться сердце, когда, во время вечерних посиделок во дворе, кто-то заводил тему о всякого рода страшилках? Первыми от страха цепенели девчонки. Хватаясь, друг за друга, и повизгивая, по очереди умоляли рассказчика остановиться, но не решались покинуть компанию. Мальчишки делали вид, что им совсем не страшно и усердно подтрунивали над «слабым полом».

      Потом все в трепете расходились по домам, шарахаясь от внезапных звуков и подкарауливавших теней. «Параллельный мир» русалок, вурдалаков, домовых и приведений не оставлял равнодушными никого.

Мы выросли. Взрослая жизнь настолько вытеснила те детские страхи, что вспоминаешь о них разве что, глядя на собственных малышей, которые не рискуют самостоятельно преодолеть темный коридор, чтобы добраться до кухни или туалета. И я, конечно, спешу им на помощь, спасая от пугающей тьмы, которая правит в своем реально-нереальном царстве.

Подбадривая детей, вдохновляю, сама себя, что когда-нибудь они вырастут и станут сильнее своих страхов. На этом можно было бы и успокоиться, если бы 10 лет назад я не столкнулась с реально существующим параллельным миром - миром брошенных детей. Их называют неблагополучными, группой риска.

В этом практически отделенном от внешнего влияния государстве, все живет и пульсирует по своим неписаным законам. Леденящий душу вой леших и противный хохот русалок - ничто по сравнению с тем, что пришлось пережить некоторым детям в прошлом и что еще придется пережить.

Когда мы первый раз приехали с группой волонтеров в интернат для детей-сирот с Благотворительным Фондом «Надежда по всему миру» я испытала настоящее потрясение. Младшие бросились к нам с криками: «Мама! Папа! А вы приехали ко мне?». Старшие вели себя по-разному. Одни высокомерно разглядывали «чужаков». Другие пытались зарисоваться, отрабатывая, друг на друге приемчики, наиграно выкрикивая неприятные слова. Третьи повисали у нас на шеях, плечах или за руки, заплетая наши пальцы в косички, до боли стискивая их. Уже через 20 минут мне хотелось без оглядки бежать домой. Я еле сдерживала слезы и боролась с ощущением дурноты и недостатка воздуха от нахлынувших чувств. Перед глазами образовалась настоящая карусель: лица, крики, улыбки, чьи-то наголо выбритые головы, чьи-то непослушные вихры и незабываемое выражение глаз, светящихся надеждой: вдруг это мои папа и мама? Самые маленькие девочки так и спрашивали: «А вы меня заберете к себе? Хотите, я буду вашей доченькой?». Пока мы, запинаясь, пытались что-то ответить, кто-то из старших детей грубовато пояснял наивным сотоварищам, что мы вовсе не их родители, а просто... гости.

В былые времена разные организации, называемые «гостями» или «шефами», были закреплены за всевозможными детскими заведениями. Дарили подарки, устраивали экскурсии, концерты. Сейчас таких людей называют спонсорами. Но спонсоры от шефов отличаются тем, что имеют полную свободу и сами решают, могут ли оказать какую-либо помощь, когда и как именно её оказать. Ничего удивительного, ведь это требует определенных усилий, понимания, желания вникать в нужды воспитанников школ-интернатов, а также финансовых вложений и затрат своего личного времени. К счастью есть неравнодушные люди, которые щедро жертвуют и помогают. Есть и те, до кого не достучаться. Скорее всего, это происходит потому, что внушительное большинство сильных, успешных, талантливых и «продвинутых» взрослых даже не задумывается о существовании такого параллельного мира. Или просто уверены, что подобными вопросами должно заниматься исключительно государство. А ведь в таком положении мог очутиться или родиться любой из нас. Трудно даже представить себе, что однажды мама, возможно скрываясь от кого-то, спрятала вас и ещё двоих ваших младших братьев в подвале жилого дома. Оставила и сказала, что вернется, как только раздобудет чего-нибудь съестного. И ... больше никогда не вернулась. Рассказывали, что когда детей нашли, с одного из них не могли снять майку, настолько она была мала. Пришлось резать ножницами. Мальчишкам повезло, они почти все попали в один интернат, только в разное время: дошколят отправляют сначала в детский дом. Такое счастье выпадает не всем, многих братьев и сестер разлучают, отправляя в разные интернаты из-за какой-либо патологии или несоостветсвия уровня интеллектуального развития. Это - невероятное испытание для детской психики, и без того травмированной.

Лишившись родителей, дети часто теряют возможность жить с единственным родным человеком - братом или сестрой, оказавшись волею судьбы в мире, где все чужие, всё чужое. К счастью, детская психика не только легко уязвима, но и способна проявлять достаточную гибкость, чтобы приспособиться к новым условиям. И хотя в интернате условия нередко гораздо лучше, чем в их родном доме, каждый ребенок страстно мечтает о настоящей семье и любящих родителях.

Может быть, именно поэтому в интернатах для сирот не только малыши, но и старшие дети, мужчин-воспитателей зовут чаще папой, чем по имени отчеству, а воспитательницу или классного руководителя - мамой. Мужеству и энтузиазму преподавателей и воспитателей можно только удивляться и восхищаться: иногда, кажется, не хватает сил  и терпения на родных детей, а тут - ежедневное, бесконечное служение детям чужим. Правда, поднимая их на ноги 9-10 лет, воспитатели отзываются о воспитанниках, действительно, как о своих. В канун выпускных вечеров кто-то из взрослых непременно сокрушается: «Что же с ними будет дальше?».

История наших мальчишек закончилась просто сказочно. Через несколько лет к ним присоединился еще один, самый младший брат, а еще через пару лет на всех четырех мальчишек оформили опекунство. Ребята попали в разные семьи, но им снова несказанно повезло - семьи жили в одном городе. Правда, уже не в Украине.

Таких случаев - единицы. Других более сложных и трагичных - великое множество. Сумеет ли каждый отдельный, еще не вполне окрепший человечек, найти дорогу из своего такого непредсказуемого мира в наш, не менее своеобразный?

                                                 Статья Виктории Албул - журнал «Украинские итоги»